Нижнеисетский детский дом. Начинаем работу.   Недавно обновлено !


Через прошлое — в будущее

Как-то раз, год назад, мы с несколькими юнкорами отряда “Флагман” собрались встретиться в библиотеке им.Гайдара, которая находится на Грибоедова, в центре Химмаша. Оттуда планировали отправиться по делам, связанными с приближающимся Днём Победы.

Для нас эта библиотека — знаковая. Потому что когда-то, в молодости, там выступал Владислав Крапивин, Командор, которого хорошо помнят библиотекари. К тому же в эту библиотеку ходят ребятишки всего Химмаша, начиная с детского садика и заканчивая окончанием школы.

Так вот. Как только я зашла туда, на улице внезапно хлестанул бурный весенний ливень, который несколько задержал моих друзей, заскочивших под ближайшие крыши. Библиотекари предложили мне чай и — разговоры… Разговоры пошли по совершенно неведомому до сих пор пути. Впервые я вдруг услышала историю легендарного (как выяснилось) детского дома, который находился когда-то рядом с Храмом Казанской Божьей матери под эгидой ВЧК. И как там появился директор, который исхитрился спасать “детей врагов народа”. Этого директора, Владимира Константиновича Смирнягина, оказывается, всё помнят и чтут на Химмаше. 

Впервые я услышала об этих событиях, и могу оправдаться лишь тем, что не живу на Химмаше. Однако, теперь мы с ребятами твёрдо решили заняться этой историей, и Дед пообещал сделать сайт, где флагманята будут размещать свои материалы о Нижнеисетском детском доме. Нам пообещали помощь музей истории Химмаша и библиотека им.Гайдара. Ждём воспоминания об этих событиях всех, кто к ним причастен, и кому важна эта тема.  

Потому что события эти дороги не только для жителей Химмаша и Екатеринбурга, но и для всех россиян. Через осознанное прошлое — в будущее, чтоб оно стало счастливым для наших детей. 

Елена Орлова, флагман флотилии

Как всё началось для флагманят

Сегодня был какой-то странный день. Хотя, нет. Скорее, странное занятие. Старшие ребята подготовили нам презентацию о Нижнеисетском детском доме. Видно было, что ребята немного волнуются, и от этого мне стало только интереснее. Итак, этот детский дом действовал с 1919 по 1962 год. Располагался в Свердловске на территории современного Нижнеисетского жилого района.

Началось всё с того, что в 1900 году при храме Казанской Божией Матери был открыт сиротский приют, в котором на тот момент воспитывалось 9 детей. К 1905 году здесь числилось 10-20 воспитанников. В перерыве между рассказами старших я узнала, что в те времена люди голодали и к тому же было холодно. Живые дети выносили на улицу хоронить умерших детей. Думаю, это сильно влияло на их психику. Мне искренне жаль ребят, которые остались без родителей, и если бы я могла что то сделать, или как-то помочь, я бы обязательно это бы сделала.

Полина Фоминых, матрос флотилии, 12 лет

Эта история поражает воображение

А через неделю, 14 марта 2020 года, в отряд приехали гости с рассказом о Нижнеисетском детском доме. А именно посетили нас: Татьяна Знак (руководитель отдела музея истории Екатеринбурга), Любовь Макашина (журналист и краевед, написавшая несколько книг об истории Нижнеисетска ), Наталья Лазукова (директор музея истории Химмаша), Светлана Данченко (заведующая детской библиотеки им.Гайдара) и Семён Чирков (куратор лаборатории журналистики проекта «Молчать нельзя рассказывать»). Вся встреча прошла в рамках проекта «Молчать нельзя рассказывать», куда отряд планировал готовить мультимедиа материал о детском доме. Об истории Нижнеисетского детского дома нам рассказала Любовь Петровна. Некоторую общую часть этой истории нам уже удалось добыть из интернета, но информация была найдена достаточно разрозненная. Из рассказа нашей гостьи удалось её дополнить. 

В 1900 году на народные деньги был построен сиротский приют при храме казанской иконы Божьей Матери. В приюте числилось небольшое количество детей. В 1917 в России произошла революция, и, после окончательного установления советской власти, в 1919 году в здании сиротского приюта открылся детский дом. Дети беспризорники отправлялись на содержание туда, но содержанием назвать те условия было сложно. Можно сказать, что это более напоминало выживание. Денег выделялось мало, воспитанием детей, большинство из которых по нынешним меркам были «трудными», никто не занимался и все прибывало в разрухе. Смертность была очень высокой, на месте высоток, находящихся теперь за ДК. Химмаш, было детское кладбище. Детдомовцы сами рыли могилы и хоронили своих друзей… 

Детский дом сменил несколько директоров, из которых ни один не смог ничего сделать. Чаще всего смена директора происходила так: старый уходил в запой от отчаяния — не понимая, что можно сделать, его увольняли, а на его место назначался новый. В 1937 году, а именно 27 сентября, детский дом получил статус «особого назначения», так как туда прибыли дети осужденных по «делу Тухачевского» — дети «врагов народа». Их поселили в отдельном корпусе (доме с колоннами – здании заводоуправления бывшего железоделательного завода) и создали там условия лучше, чем в остальном детском доме, где продолжала твориться анархия и главными там были дети – хулиганы, главари банд. 

Этим ребятам несказанно повезло в том, что в 1937 году, директором детдома был назначен Владимир Константинович Смирнягин, который сразу после своего прихода начал превращать детский дом в коммуну типа колонии Макаренко, где дети работали, получали профессию и начальное, а позже среднее образование. Благодаря Смирнягину было налажено снабжение детдома — дети работали, а изделия и продукты продавались. Был создан совет детского дома, куда входили как и хулиганы – бывшие главари здешних банд, так и дети репрессированных, которые быстро заслужили доверие остальных. 

На совете решались важные вопросы, решения выносились голосованием. Воспитанники, после окончания обучения, поступали в вузы, или шли работать на Уралхиммаш, многие принимали участие в строительстве здания завода в 1943, многие прошли войну… 

Дети репрессированных получили высшее образование за счет детдома и уехали в Москву. Там их арестовали и дали по пять лет в лагерях… Они отбыли этот срок и, уже после реабилитации, наш Нижнесетский детский дом помог им устроиться. Просуществовал он в статусе «особого» до 1962 года, когда стал «приютом для детей с нелёгкой судьбой», а потом и вовсе наркодиспансером. 

И, несмотря на это, становление детдома, где дети жили достойно, как нормальные люди, только благодаря одному человеку, ставшему директором… 

Эта история поражает воображение.

Иван Зуев, подшкипер флотилии, 14 лет

Дети “врагов народа”

Любовь Петровна — журналист и краевед, написавшая книгу-путеводитель “Государственные дети”, которая еще не издана и существует всего в нескольких экземплярах. В этой книге рассказана история Нижне-исетского района, что было до наших дней, и что происходит сейчас. 

Гостья рассказала нам очень много интересных историй, связанных с детьми, чьи родители погибли на лесозаготовках в послереволюционное время, или были расстреляны. 

Больше всего меня впечатлила история детей, чьих родителей осудили по делу Тухачевского. Их обвинили в военном заговоре с целью захвата власти. Отцов ребят расстреляли, только один из них успел застрелиться сам, а матерей сослали в лагеря, где они и скончались от тяжелого труда. Их детей отправили в Нижнеисетский детский дом, историю которого знает каждый флагманенок сейчас, ибо мы все работаем над большим проектом, который посвящен именно этому детскому дому. 

Раньше эти дети “врагов народа” жили в хороших условиях, в элитных домах в Москве, а потом они оказались в страшном месте в совсем нелегкое время — ребята там не жили, по сути, а умирали, притом в огромных количествах — от голода, пневмонии и тифа.

Новый директор детского дома Владимир Смирнягин смог сделать их пребывание в приюте наиболее комфортным, насколько это вообще было возможно. 

Рассказ, безусловно, был очень познавательным и интересным, но он безумно душераздирающий, ведь число детей постоянно сокращалось в несколько раз, а живые дети хоронили своих друзей… Многих в наши дни это бы сломило, но они оставались отважными и могущественными, пока не погибли.

Очень легко на душе становится, когда думаешь о том, что когда-то были такие смелые и сильные ребята, но очень грустно, что их судьба была совсем нелегкой…

Варя Гвоздецкая, шкипер флотилии, 14 лет

Овсяный кисель

Больше всего, я думаю, как и многим, мне запомнилась история с овсяным киселём. Это одно из воспоминаний о детском доме Фридриха Акимовича Шолоховича. Он был воспитанником этого детского дома, но, несмотря на это, впоследствии стал профессором, заведующим кафедры математики и естественнонаучных дисциплин в УРГУ. 

С ним в детстве произошёл такой случай: в один из дней в столовой снова подали овсяный кисель на третье. Этот кисель, конечно, полезен для желудка, но, если пить его каждый день по три раза, уверена, каждому человеку он успеет надоесть. В то утро Шолоховичу окончательно надоел этот кисель и он, не желая его пить, выплеснул стакан с овсяным киселём через плечо. Да и всё бы ничего, если бы за ним не висел на стене портрет Иосифа Сталина… Как вы уже могли догадаться, стакан с киселем полетел в сторону портрета. Всё могло закончиться хуже, если бы овсяный кисель попал прямо в изображение вождя того времени… Кисель попал чуть в сторону.  Как только дети поняли, что случилось, они, испугавшись, пригнулись к столу и замолчали. Они ожидали, что случится что-то такое, что жестоко покарает виновника, но на самом деле ничего особенного не произошло. После того, как все позавтракали, один из воспитателей вывел Фридриха из столовой и запер в чулане. 

В этот же день детский дом принял новый директор — Смирнягин Владимир Константинович. Непонятно какими силами, но ему удалось отстоять этого мальчика перед другими воспитателями. Однако, комиссия по расследованию этого дела всё же пришла. Она потребовала от Смирнягина подписать документ, в котором говорилось, что случай с киселём и вправду произошёл. Но этот документ остался у Владимира Константиновича в личных дневниках… 

Как удалось директору замять этот случай, до сих пор неизвестно.

Саша Шестакова, мичман флотилии, 13 лет

А ведь было и так, оказывается…

Большинство молодёжи считает, что во все времена Советского Союза было хорошо. Культура, кино в то время замечательно развивались. Но некоторые не задумываются о тех временах, когда во власти происходили перевороты. В те времена оставалось много детей без пап и мам, так как правительство считало их родителей врагами народа и просто расстреливали. Детей отправляли в детдомы. Один из них находиться в Свердловске в нынешнем микрорайоне Химмаш. 

В здании детского дома не было кроватей, не было штор и многого другого, что привычно для нас. Детям приходилось воровать, чтоб выжить в таких условиях. Правительство же оправдывалось тем, что это дети врагов народа, и они не заслуживают хорошего к ним отношения, и не давало Свердловскому детскому дому финансирование. 

Люди, которых назначали директорами этого детского дома, видя этот ужас, начинали пить, из-за этого их увольняли. В один из таких дней, когда уволили очередного директора, на эту должность назначили В.К. Смирнягина. Он сумел улучшить условия проживания детей. Владимир Константинович начал собирать со всего округа вещи, которые пригодились бы детдому. Теперь у детишек есть кровати, тумбы и шторы. 

После прихода Смирнягина дела стали налаживаться. Ребята разделились на группы и приносили свой вклад в хозяйство. Кто-то ухаживал за лошадьми, кто-то — за свиньями, за курами. А кто-то работал на своей, детдомовской мебельной фабрике — делал венские стулья. Так изменилась жизнь детдомовцев с приходом лишь одного человека.

Вика Медведева, матрос флотилии,  13 лет

Что такое — “горе”

Меня больше всего поразило то, через какое горе прошли эти дети, когда хоронили таких же детей, как они сами. Их родители были раскулачены, расстреляны, или репрессированы, детям же приходилось воровать вещи и еду. Мне лично очень жалко этих детей, и я никому не пожелаю такой судьбы.

Роман Жильцов, гардемарин флотилии, 10 лет

   Роль личности в истории                                                             

Совсем недавно я ближе познакомился с историей Нижнеисетского детского дома, и это новое знакомство заставило снова вспомнить старый вопрос, над которым я частенько размышляю. Личность в истории, как много она может значить. Порой один человек способен разом всё перевернуть, он даже, если очень постарается, вполне может стать зажженной спичкой в комнате, полной газом. Такой личностью в истории нижнеисетского детского дома “особого назначения” стал Владимир Константинович Смирнягин. Нужно сразу сказать, что его действия отличались от создания искр в загазованности помещении. Но, тем не менее.

Представьте себе картину. Двадцатые годы прошлого века, окраина Свердловска. На Химмаше функционирует Детский дом, который является местом особого назначения и руководится, в том числе, и ВЧК. К сожалению, это была не простая формальность. В это место свозили детей раскулаченных и других репрессированных. Быт его был невероятно беден: питались скудно, в более кризисные годы с едой было ещё более тяжко. Бывало, что пальто и пара валенок приходились на одного, а директора менялись, как перчатки. В такую атмосферу зимой тридцать седьмого года прибыли дети не простых репрессированных, а потомки высокопоставленных врагов народа. Среди них была дочь Тухачевского. Да да, они были доставлены прямо к нам, на Химмаш. Понятно, что разница в воспитании и привычках быта — колоссальные. 

Из воспоминаний мы знаем, в начале между воспитанниками из разных социальных слоёв возникали конфликты. У них подворовывали и вели себя очень конфликтно. От голода и болезней дети умирали, а хоронили умерших выжившие дети. И неизвестно, во что бы вылилось всё это, если бы Владимир Константинович Смирнягин через полгода не стал директором детского дома.

Конечно, не всё изменилось в момент. Но в этот самый момент был задан новый вектор, новая глава в истории детского дома. Новый директор сразу проявил инициативу, добиваясь от распределительных органов дров, которых в то время всем не хватало, а также общих инвестиций. Со временем материальная часть значительно улучшилась. При детском доме даже открылись мастерские, в которых воспитанники обучались основам профессий, девочки шили. У дома появилось даже подсобное хозяйство. Фактически, после изменений в его структуре, он стал самообеспечивающимся предприятием. Но самым главным достижением, на мой взгляд, стало невероятное сплочение коллектива. Там, где раньше дети писали друг на друга доносы, стал работать совет воспитанников, который сам мог многое решать. Вдохновляясь примером Макаренко, через труд, Смирнягин воспитывал детей, которые коллектив, своих друзей стали считать семьёй. 

Они были готовы работать на нужды своей страны, что продемонстрировал массовый уход добровольцев на войну в сорок первом году. Таким образом, Виктор Константинович превратил место, в котором дети должны были осознавать вину своих родителей, в место, которое, по воспоминаниям воспитанников, оказалось самым счастливым периодом их жизни. 

Казалось бы, в каком критическом состоянии находилась отправная точка этой истории… А закончилась — счастливой жизнью детей. Выпускники детского дома “выходили в жизнь”, получив хорошую добротную специальность, и даже с накоплениями  на сберкнижке. 

Думаю, нам также нужно, несмотря на обстоятельства, стараться менять мир к лучшему, как Смирнягин. Он поставил себе благородную цель и добился её. Причём, он был один, а нас — много!

Денис Матушкин, флаг-капитан флотилии, 17 лет

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *